О гидрографическихъ работахъ транспорта "Самоѣдъ" на Новой Землѣ

Лѣтомъ прошлаго 1896 года я былъ командированъ Главнымъ Гидрографическимъ Управленіемъ на Новую Землю для производства на транспортѣ "Самоѣдъ" гидрографическихъ работъ въ сѣверной части Костина Шара.

Командировка эта была вызвана желаніемъ Архангельскаго губернатора основать поселеніе самоѣдовъ въ этой части Новой Земли, весьма удобной, по словамъ промышленниковъ, для промысла тюленей, бѣлухъ и дикихъ гусей. Такъ какъ для нуждь предполагаемаго поселка явилась необходимость организовать обязательные рейсы Мурманскаго пароходства изъ Архангельска въ Костинъ Шаръ, то желательно было выбрать мѣсто для поселка въ бухтѣ удобной для якорной стоянки судовъ и имѣть карту какъ этой бухты, такъ и входа въ нее съ океана.

На картахъ этой части Новой Земли показаны двѣ рядомъ лежащія бухты, Губа Бѣлушья и заливъ Рогачева; выбрать въ одной изъ этихъ бухтъ мѣсто, удобное для стоянки судовъ и устройства посёлка и составить карту этого мѣста и было цѣлью моей командировки.

Работы по описи надо было исполнить въ короткое время 15-20-дневной стоянки на Новой Землѣ транспорта "Самоѣдъ", который долженъ былъ къ срединѣ іюня привезти на Новую Землю экспедицію Императорской Академіи Наукъ для наблюденія полнаго затменія солнца 28 іюля и къ срединѣ августа доставить эту экспедицію обратно въ Архангельскъ.

Вечеромъ 12 іюля транспорть "Самоѣдъ" прибылъ изъ Архангельска въ становище Малые Кармакулы на Новой Землѣ, гдѣ экспедиція Академіи Наукъ и перебралась на берегъ.

Днемъ 17 іюля "Самоѣдъ" вышелъ изъ Кармакуль и утромъ 18 іюля вошелъ въ сѣверную часть Костина Шара.

Для руководства при плаваніи имѣлись двѣ карты этой части Новой Земли:

1) Планъ Костина Шара по описи штурманскаго офицера прапорщика Моисѣева 1889 года, исправленный по рекогносцировкѣ офицеровъ клипера "Жемчугъ" 1870 г., и по астрономическимъ опредѣленіямъ Норденшельда. Масштабъ плана 8 верстъ въ дюймѣ.

2) Карту: "Die Delphin und Rogatschew Buchten" по описи Австрійской экспедиціи Графа Вильчека 1872 г. (Напечатана въ Peterman's Mitteilungen за 1874 г. въ масштабѣ 6 версть въ дюймѣ). Обѣ карты довольно сильно не согласуются между собою, какъ это видно съ перваго взгляда на нихъ; когда же вошли мы въ Шарь, то сейчасъ же оказалось, что и первая и вторая карты плохо соотвѣтствуютъ дѣйствительности, такъ что съ большимъ трудомъ можно было оріентироваться въ мѣстности, опредѣлиться же пеленгами совсѣмъ было нельзя.

Идя самымъ малымъ ходомъ и все время измѣряя глубину, вошли въ Губу, которая, хотя и казалась гораздо уже показанной на картахъ, но по своему расположенію должна была быть Губой Бѣлушьей (на планѣ Моисѣева "Бѣлужья Губа", промышленники же называютъ ее "Бѣлушьей", производя это названіе оть "бѣлуха" — большой бѣловатый дельфинъ, живущій въ этихъ водахъ; Delphin Buchte — на австрійской картѣ). Войдя въ Губу, увидѣли на западномъ берегу ея, въ 2 миляхъ отъ входа, жилище самоѣдовъ, противъ котораго и стали на якорь.

Изъ произведенной рекогносцировки Залива Рогачева и Бѣлушьей Губы оказалось: Заливъ Рогачева имѣетъ характеръ финляндскихъ шхеръ: нѣсколько рядовъ невысокихъ, каменистыхъ разной величины острововъ тянутся съ небольшими перерывами по общему направленію NNW (почти параллельно направленію самого залива); узкіе проходы между рядами острововъ довольно глубоки, съ частыми, однако, рѣзкими измѣненіями глубинъ между высокимъ (горы болѣе 1000 футовъ) восточнымъ берегомъ залива и первой къ западу линіей острововъ найдено удобное для якорной стоянки мѣсто (глубина 11 саженъ, грунтъ — илъ, закрыто отъ всѣхъ вѣтровъ, кромѣ NW, дующаго отъ берега въ разстояніи трехъ миль); входъ къ этому якорному мѣсту, открытый для W-ой волны съ океана, достаточно глубокъ, но труденъ по своей узкости и извилистости, особенно во время частыхъ здѣсь тумановъ. Кончается заливъ узкимъ фіордомъ, повидимому далеко вдающимся внутрь Новой Земли между весьма высокими берегами.

Насколько можно судить по бѣглому обзору залива карта Австрійской экспедиціи въ общемъ ближе къ дѣйствительности, чѣмъ планъ Моисѣева.

Въ Бѣлушьей Губѣ, закрытой отъ прямой океанской волны островомъ Междушарскимъ, глубина отъ входа къ сѣверному концу Губы медленно убываеть отъ 15 до 5 саженъ, грунтъ средины Губы — илъ; въ сѣверо-восточной части ея имѣется небольшая бухта съ глубиною въ 3-4 сажени и илистымъ грунтомъ, вполнѣ удобная для стоянки судовъ (судно закрыто отъ мѣстной волны вдоль Костина Шара и вдоль самой Губы); какъ характеръ берега этой бухты, такь и близость хорошей прѣсной воды позволяютъ устройство здѣсь посёлка.

Имѣя въ виду сравнительную трудность входа къ якорному мѣсту въ заливѣ Рогачева, а также то обстоятельство, что составленіе сколько нибудь удовлетворительной карты этого входа, имѣющаго шхерный характеръ, требуеть значительно большаго времени, чѣмъ то, которыхъ мы могли располагать, рѣшили избрать найденную въ Бѣлушьей Губѣ бухту (названную нами "Самоѣдъ"), какъ мѣсто удобное для стоянки судовъ и устройства посёлка, и 20 іюля приступили къ описи Бѣлушьей Губы и входа въ нее съ океана.

За 16 дней стоянки транспорта въ Бѣлушьей Губѣ, съ 20 іюля по 6 августа, благодаря полному содѣйствію описнымъ работам командира транспорта капитана 2-го ранга Лилье и дружной работѣ офицеровъ транспорта: лейтенантовъ Шмидта, Гаврилова, Назимова, Корпуса Флотскихъ Штурмановъ штабс-капитана Морозова и мичмана Фефелова, не смотря на плохія метеорологическія условія (частые туманы, снѣжныя мятели и среднюю температуру дня +5° +6° R.) удалось сдѣлать:

1) Мензульную съемку южнаго берега Гусиной Земли, обоихъ береговъ Бѣлушьей Губы и западнаго берега залива Рогачева, всего около 40 версть береговой черты.

Съемка основана на двукратно измѣренномъ стальною лентою базисѣ, длиною 700 саженей и оріентирована по опредѣленному астрономически азимуту съ одного изъ знаковъ съемки на другой. Масштабъ всей съемки 400 саженъ въ дюймѣ и 100 саженъ для плана бухты "Самоѣдъ".

2) Систематическій шлюпочный промѣръ Бѣлушьей Губы съ разстояніемъ между линіями промѣра 200, 100 и 50 саженъ; промѣръ производился на паровыхъ катерахъ по выставленнымъ на берегу створамъ.

3) Морскую съемку и промѣръ сѣвернаго входа въ Костинъ Шаръ; морской съемкой по угламъ, измѣреннымъ секстаномъ, опредѣлены обѣ оконечности острова Ярцева, три выдающіеся мыса острова Междушарскаго и SW оконечности Гусиной Земли; при морскомъ промѣрѣ опредѣлялись по угламъ, измѣреннымъ секстантами, между точками, нанесенными мензульной съемкой, и располагали линіи промѣра отъ одной до двухъ миль другъ отъ друга.

4) Астрономическое опредѣленіе пункта на мысу при входѣ въ бухту "Самоѣдъ"; широта этого пункта, опредѣленная изъ двухъ намѣреній, вертикальнымъ кругомъ Репсольда, зенитныхъ растояній солнца и одного измѣреннаго зенитнаго разстоянія Polaris получена сѣверная 71°31' 45,0", съ вѣроятной ошибкой 0,4"; долгота, опредѣленная перевозкою пяти хронометровъ между Архангельскомъ — Бѣлушьей Губой и Малыми Кармакулами, получена восточная отъ Гринвича 52° 18' 39" съ вѣроятной ошибкой 5”.

5) Опредѣленіе высоты прилива и прикладного часа Бѣлушьей Губы; изъ наблюденій футштока, установленнаго въ бухтѣ "Самоѣдъ", чрезъ каждую 1/4 часа за все время стоянки получена высота прилива 2 фута и прикладной часъ Х 'О^м.

6) Опредѣленіе магнитнаго склоненія въ Бѣлушьей Губѣ; изъ двухъ опредѣленій, сдѣланныхъ азимутальнымъ кругомъ съ вывѣрительной стрѣлкой, получено склоненіе восточное 16,1°.

7) Постройку двухъ большихъ опознательныхъ знаковъ — "знакъ Лилье" и "знакъ астрономическій" и двухъ створныхъ для входа въ бухту "Самоѣдъ". Результаты всѣхъ этихъ работъ нанесены на планы: губы Бѣлушьей и сѣвернаго входа въ Костинъ Шаръ въ масштабѣ 400 саж. въ дюймѣ и бухты "Самоѣдъ" 100 саж. въ дюймѣ.

Изъ сравненія этихъ плановъ съ планомъ Моисѣева 1839 года видны большія отступленія послѣдняго отъ дѣйствительности: южная оконечность Гусиной Земли показана острымъ далеко выдающимся мысомъ, тогда какъ на самомъ дѣлѣ эта оконечность имѣетъ около 12 верстъ ширины и представляется тремя лежащими почти по одной параллели мысами SW оконечности Гусиной Земли, Средній Гусиный и Лилье. Бѣлушья Губа показана открытою съ океана, тогда какъ она закрыта островомъ Междушарскимъ. Показанные на этомъ планѣ острова Мозина и Клавера, надо полагать, соотвѣтствуютъ соединившимся между собою тонкими перешейками частямъ къ сѣверу отъ мыса Морозова. Ширина сѣвернаго входа въ Костинъ Шаръ и ширина Губы Бѣлушьей показана значительно больше дѣйствительныхъ; такія отступленія въ планѣ понятны, если вспомнимъ, что опись 1839 года производилась на парусномъ "Карбасѣ", принимая переплытое на немъ растояніе за базисъ и пеленгуя земные предметы компасомъ того времени; напротивъ, нельзя не удивляться настойчивости и искусству тѣхъ самоотверженныхъ тружениковъ моря, которые, претерпѣвая океанское плаваніе на баркасѣ, борясь съ холодомъ, голодомъ и цынгой, производили въ то время опись нашего крайняго сѣвера. Что касается карты Австрійской экспедиціи 1872 года, то я не могъ найти въ литературѣ указаній какимъ образомъ эта карта получена, но во всякомъ случаѣ большія отступленія ея отъ дѣйствительности (относительно положенія мыса Лилье невѣрно на 10 верстъ, ширина Губы Бѣлушьей почти въ три раза больше дѣйствительной) заставляють смотрѣть на эту карту какъ на бѣгло-рекогносцировочную.

Если нанести астрономическій пунктъ "Южный Гусиный Нось" опредѣленія Норденшельда 1878 г. на планъ 1896 г., то онъ оказывается лежащимъ въ бухтѣ Гагарьей около 1/2 мили отъ берега, откуда ясно, что широта его хорошо согласуется съ планомъ, про долготу же ничего нельзя сказать, ибо описанія подлиннаго мѣста наблюденія нѣтъ, а южный Гусиный Носъ имѣетъ протяженіе по параллели около 12 версть.

Общій характеръ береговъ Бѣлушьей Губы — скалистый, обрывистый; высокіе (до 12 саженей надъ моремъ) при входѣ оба берега понижаются внутрь губы до 3-4 саженей высоты. Берега состоять исключительно изъ шифера, и черныя скалы эти съ бѣлыми пятнами мѣстами нерастаявшаго снѣга, лишенныя всякой растительности (только мохъ изрѣдка встрѣчается въ болотистыхъ низинахъ между скалъ) придають весьма мрачный видъ берегамъ Губы.

Часто встрѣчающіяся по берегамъ лагуны съ соленой водой и соединившіеся между собой тонкими перемычками острова въ юго-восточной части Губы свидѣтельствуютъ о вѣковомъ подъемѣ этой части Новой Земли.

Губа къ сѣверному концу своему съуживается и переходить въ узкій мелкій фіордъ; въ фіордъ этотъ впадаеть довольно быстро текущая мелкая рѣка, съ средней шириной 15—20 саженъ; мы назвали ее "Долгой", ибо поднимались по ней на шлюпкѣ версть на 15 и даже съ высокаго берега ея не могли видѣть истока.

Живущіе въ Губѣ самоѣды 9 человѣкъ мужчинъ, женщинъ и дѣтей (они же — все народонаселеніе части Новой Земли отъ становища Кармакульскаго до южной оконечности ея, около 1/100 души на кв. милю), промышляютъ тюленей, бѣлухъ, охотятся на бѣлыхъ медвѣдей и на оленя. Добычу свою сбываютъ промышленнику Воронину, ежегодно приходящему лѣтомъ въ Губу тоже для промысла, и получаютъ отъ него взамѣнъ необходимую провизію на зиму.

По словамъ этимъ самоѣдовъ, семь лѣтъ уже живущихъ въ Губѣ: господствующіе здѣсь лѣтомъ вѣтры — N и NW; вѣтры съ океана — W и SW рѣдко лѣтомъ бываютъ большой силы; самый же опасный здѣсь (какъ и по всему западному берегу Новой Земли) вѣтеръ О и ONO, такъ называемый "встокъ", дующій съ огромною силой характера боры.

По свидѣтельству тѣхъ же самоѣдовъ: губа и вся сѣверная часть Костина Шара освобождаются отъ льда обыкновенно въ концѣ іюня, и ледъ снова становится въ концѣ сентября, хотя времена эти сильно измѣняются въ зависимости отъ преобладанія сѣвернаго или южнаго вѣтра, причемъ сѣверный вѣтеръ способствуетъ очищенію отъ льда, а южный нагоняетъ ледъ изъ Карскаго моря.

Изъ плана видно, что входъ съ океана къ якорному мѣсту въ сѣверной части Бѣлушьей Губы и въ бухтѣ "Самоѣдь", дѣйствительно не представляетъ никакихъ затрудненій, возможенъ даже и въ туманное время; въ самой Губѣ опасныхъ для мореплаванія банокъ не найдено ни одной и надо только остерегаться рифовъ отъ мысовъ Астрономическаго и Черное Сѣдло.

Такимъ образомъ описанная нами Губа удовлетворяетъ всѣмъ требованіямъ хорошей стоянки для судовъ и можно надѣяться, что мореплаватель, застигнутый непогодою у негостепріимныхъ береговъ юго-западной части Новой Земли всегда найдетъ пріютъ въ Бѣлушьей Губѣ.

А. Бухтеев.
Известия Русского Географического Общества XXXIII 1897 г.